Неточные совпадения
—
Доктор от Анны Сергеевны Одинцовой, — сказал он,
наклоняясь к самому уху своего сына, — и она сама здесь.
Когда он, очнувшись, возвратился в свою комнату, Макаров, голый по пояс, лежал на его постели, над ним
наклонился незнакомый, седой
доктор и, засучив рукава, ковырял грудь его длинной, блестящей иглой, говоря...
— Что бы это такое значило? — прошептал,
наклоняясь к самому уху
доктора, Помада, тоже снявший свои сапоги и подкравшийся к Розанову совершенно неслышными шагами, как кот из хрустальной лавки.
В прежнее время она никак бы не допустила этого сделать; кроме того, Вихров с большим неудовольствием видел, что в ухабах, когда сани очень опускались вниз, Клеопатра Петровна тоже
наклонялась и опиралась на маленького
доктора, который, в свою очередь, тоже с большим удовольствием подхватывал ее.
— Терпи, терпи, — ласково бормотала Пелагея Ивановна,
наклоняясь к женщине, —
доктор сейчас тебе поможет…
Приехал
доктор. Взяв ребенка на руки, он перенес и уложил его поближе к окну. Быстро отдернув занавеску, он пропустил в комнату луч яркого света и
наклонился над мальчиком с своими инструментами. Петр сидел тут же с опущенной головой, все такой же подавленный и безучастный. Казалось, он не придавал действиям
доктора ни малейшего значения, предвидя вперед результаты.
Из соседней комнаты вышли Николай, с перевязанной рукой, и
доктор Иван Данилович, весь растрепанный, ощетинившийся, как еж. Он быстро подошел к Ивану,
наклонился над ним, говоря...
Наконец темные густые брови атлета-доктора энергично сдвинулись, и он,
наклонившись над креслом начальницы, шепнул на ухо Екатерине Ивановне...
Адская боль в плече возвращает меня к действительности. Старичок-доктор, друг и приятель отца,
наклоняется надо мной и льет мне на руку студеную струю ключевой воды.
Не помню, как я очутилась у комнаты
доктора и Вити, как стучала в их дверь, умоляя Владимира Васильевича встать и прийти взглянуть поскорее на маленького принца, как он, наскоро одевшись, прошел к нам и
наклонился над моим ребенком… Ничего не помню, кроме того страшного, жуткого слова, которое потрясло все мое существо, едва не лишив меня рассудка в первую минуту ужаса.
Доктор,
наклонившись над тарелкой, ворошил вилкою оглоданное крыло утки.
— Две недели целых мучится. Кричит без перерыву. Морфий впрыскивают, ничего не помогает. У меня до сих пор в ушах стоит ее крик… Как мучится человек!.. Вчера ухожу от нее, — она поманила, я
наклонилась, шепчет мне в ухо: Анна Ивановна, милая! Попросите
доктора — пусть он меня отравит. Нет моих сил терпеть!..
— Кто это, что сидят рядом с нами,
наклонился я к нему, когда он, поздоровавшись с нами, уселся за стол. Он назвал фамилии мужчин. Блондин был чиновником, а шатен был
доктор.